В правительстве России началось обсуждение инициатив, которые могут в корне изменить правила игры на рынке взыскания задолженностей. Речь идет о масштабных поправках, подготовленных Минюстом, которые серьезно ограничивают возможности банков, микрофинансовых организаций (МФО) и коллекторских агентств привлекать судебных приставов к работе. О том, что законопроекты уже находятся на рассмотрении в кабмине, свидетельствует письмо Национального совета финансотельно рынка (НСФР), направленное вице-премьеру Дмитрию Григоренко. Подтверждение этой информации получил и РБК из аппарата правительства.
Представители кабинета министров подтверждают: законопроекты сейчас проходят стадию проработки. Пока же Минюст и Банк России воздерживаются от прямых комментариев по существу вопроса.
Суть предложенных изменений, разработанных еще в конце локального 2024 года, довольно радикальна. Авторы идеи предлагают ввести обязательную годовую отсрочку на передачу дел в работу судебным приставам. Кроме того, профессиональным взыскателям планируют навязать дополнительную плату за саму процедуру возбуждения исполнительного производства.
Напомним, как устроена текущая система. Сегодня в России существует несколько легальных путей принудительного взыскания: через суд, через судебный приказ или с помощью исполнительной надписи нотариуса. Однако на финальном этапе, когда добровольное погашение становится невозможным, в игру вступает Федеральная служба судебного приставов (ФССП). Именно приставы имеют полномочия блокировать счета, арестовывать имущество и разыскивать должников.
Новые правила Минюста могут этот процесс парализовать. Согласно проекту, кредиторы не смогут обращаться в ФССП, пока с момента возникновения просрочки или продажи долга не пройдет целый год. Более того, взыскателям придется доказывать «усердие»: предъявлять документы, подтверждающие, что они минимум трижды пытались связаться с должником и направили официальное требование, на которое не получили ответа в течение 30 дней. В дополнение к этому, за само «предъявление» документа приставам придется платить по тарифу, который установит правительство.
Логика Минюста проста и понятна с точки зрения регулятора: ведомство считает, что кредиторы и коллекторы часто игнорируют досудебные методы, используя ресурсы государства исключительно ради собственной прибыли.
Однако финансовый сектор воспринял эти аргументы в штыки. В письме НСФР прямо говорится, что поправки лишь ущемляют права добросовестных кредиторов, никак не помогая при этом недоброречивым должникам. Эксперты называют идею годовой отсрочки неконституционной, а требования по досудебному общению — избыточными, поскольку по закону (353-ФЗ) кредиторы и так обязаны уведомлять клиентов о проблемах.
Глава НСФР Андрей Емелин называет обвинения в сторону кредиторов «недобросовестной риторикой». По его мнению, обращение к государству за помощью в исполнении судебного акта — это естественная функция, гарантированная Конституцией, а не злоупотребление.
Получается, что часть кредиторов должна доказывать приставам, что взыскание уже можно, да еще и доплачивать за это. Это фактически тройная плата с одного участника — с взыскателя, а не с должника.
Аналогичную позицию занимает и Национальная ассоциация профессиональных коллекторских агентств (НАПКА). В своем обращении к правительству представители рынка указывают на то, что аргумент о «разгрузке приставов» несостоятелен. Если коллекторы не смогут обращаться в ФССП в течение года, поток дел просто перенаправится в банки, что создаст для них беспрецедентную нагрузку.
Логика такая: чтобы разгрузиться, нужно просто перестать работать с долгами финансовых кредиторов. Но отсрочка — это не решение, это плотина, которая через год все равно прорвется.
Юрист фонда «За права заемщиков» Михаил Алексеев добавляет, что это лишь затянет «колесо долгововой сансары», так как через год-два дела все равно вернутся к приставам.
Цифры говорят о масштабах проблемы. Статистика ФССП впечатляет: только в 2025 году на исполнении находилось 34,8 млн дел на сумму 3,95 трлн рублей. За год было возбуждено 19,8 млн производств на 1,87 трлн рублей. Несмотря на то, что в начале 2026 года наблюдается некоторое снижение общего объема дел на исполнении (до 23,7 млн на 2,9 трлн рублей), нагрузка остается колоссальной.
Для бизнеса такие изменения — это прямой удар по экономике. Партнер юридической компании GRM Сергей Новиков поясняет, что годовая отсрочка фактически замораживает вложения в портфели «плохих» долгов. До 60% прибыли от купленного портфеля приходится на первый год работы. Задержка в один год удлинит срок окупаемости проекта как минимум на четверть, что сделает взыскание крайне неэффективным.
Гендиректор коллекторской организации «ЭОС» Антон Дмитраков предупреждает о системных рисках: «Это ударит по стабильности всей финансовой системы. Снижение объемов продажи долгов приведет к росту резервов у банков, что в конечном итоге отразится на процентных ставках по кредитам для обычных граждан».
Что же ждет самих должников? С одной стороны, как отмечает Емелин, до приставов доходят в основном самые «неконтактные» клиенты, которые сознательно уклоняются от диалога. Дмитраков согласен, что развитие досудебного этапа — идея хорошая, но для этого кредиторам нужно дать доступ к актуальным контактам должников.
Сергей Новиков видит в инициативе двоякий эффект. Для должника «плюсом» может стать временная передышка и возможность найти работу или распорядиться имуществом. Однако есть и огромный «минус»: за год «отсрочки» проценты и штрафы продолжат накапливаться, увеличивая итоговую сумму долга.
Михаил Алексеев также предупреждает, что инициатива может ударить по самым уязвимым слоям населения, планирующим внесудебное банкротство, так как для этой процедуры важно завершение исполнительного производства.
Выдержит ли рынок? Аналитики агентства «Эксперт РА» называют этот законопроект ключевым вызовом для индустрии на ближайшие три года. Хотя рынок и готовится к ужесточению, вероятность принятия документа в текущем виде высока, но возможны и корректировки. Среди сценариев — сокращение отсрочки до 3–6 месяцев или освобождение банков от дополнительной платы.
Тем не менее, эксперты прогнозируют, что новые ограничения вступят в силу не раньше 2027 года и неизбежно приведут к росту стоимости взыскания. В итоге выиграют только самые крупные и технологичные игроки, способные выдержать нагрузку, что приведет к дальнейшей консолидации рынка, где на топ-6 компаний уже приходится более 80% всех купленных портфелей.
Опубликовано: 9 июля 2026, 04:03 | Время чтения: 4 мин | Теги: минюст, взыскание, долги, приставы, поправки
