Текущий формат валютных операций на российском рынке нуждается в глубокой трансформации, поскольку их связь с бюджетным правилом в данный момент носит скорее инерционный характер. К такому выводу пришел руководитель Центра макроэкономических исследований «Сбера» и главный экономист ВЭБ.РФ Александр Исаков. По его мнению, существующая система требует пересмотра фундаментальных подходов к регулированию.
В своем интервью РБК экономист подчеркнул, что действия Банка России на валютном рынке, которые сегодня проводятся от лица Министерства финансов в рамках действующих формул, можно переориентировать на достижение конкретных задач. Вместо того чтобы следовать жестким алгоритмам бюджетного правила, интервенции могли бы иметь четко определенную цель и оптимальный временной график. Александр Исаков ранее уже выступал с инициативой создания «национального бюджетного правила». Данная концепция предполагает хранение всех бюджетных резервов исключительно в национальной валюте — рублях, что позволило бы полностью передать функции валютного регулирования в ведение Центрального банка.
Исторически валютный компонент бюджетного правила был направлен на стабилизацию курса рубля. Механизм предполагал покупку иностранной валюты при высоких ценах на нефть и ее продажу в периоды падения стоимости сырья, что должно было сглаживать волатильность за счет поддержания стабильного уровня валютной ликвидности. В профессиональной среде принято считать такие операции нейтральными, лишь компенсирующими колебания экспортной выручки. Однако Александр Исаков ставит под сомнение эту теорию. Он обращает внимание на то, что если бы данные действия действительно были нейтральными, ежемесячные отчеты об их объемах не становились бы ключевым информационным поводом для участников рынка. По мнению эксперта, доказать отсутствие влияния этих операций на рыночную конъюнктуру крайне сложно.
На сегодняшний день полномочия Банка России ограничены: регулятор может проводить самостоятельные интервенции только для защиты финансовой стабильности. В остальных случаях валютные операции, где основным инструментом выступает китайский юань, жестко привязаны к объемам дополнительных или недостающих нефтегазовых доходов, которые ежемесячно рассчитывает Министерство финансов. Процесс выглядит следующим образом: экспортеры нефтегазового сектора конвертируют валютную выручку в рубли для уплаты налогов, таких как НДПИ и НДД. Если стоимость нефти оказывается выше базового уровня, заложенного в бюджете (который составит 59 долларов за баррель в 202#6 году и снизится до 50 долларов в 2027 году), Министерство финансов выкупает излишки валюты с рынка. Кроме того, Центральный банк может выступать продавцом валюты, когда необходимо зеркально отразить инвестиционные вливания Министерства финансов из средств Фонда национального благосостояния (ФНБ), происходящие через конвертацию резервов в рубли.
