Настоящий фундамент американского благосостояния и политического влияния составляют не медийные магнаты, а многочисленная прослойка предпринимателей, чье присутствие в экономике часто остается незамеченным. Об этом свидетельствуют результаты исследования, изложенные в новой книге The Everywhere Millionaire: Who Is Really Rich in America and How They Got There. Авторы работы, профессора Принстонского и Чикагского университетов Оуэн Зидар и Эрик Цвик, указывают на существование целого класса «миллионеров с Мэйн-стрит», которые распределены по всей стране и во всех секторах экономики.
Согласно данным Bloomberg, если совокупные активы 200 крупнейших миллиардеров из Bloomberg Billionaires Index достигли примерно 7 триллионов долларов (что в четыре раза превышает показатели десятилетней давности), то масштаб богатства остальных 0,1% населения еще более впечатляющ. По оценкам Федеральной резервной системы (ФРС), на долю этой группы приходится не менее 18 триллионов долларов. Динамика потребления элиты также демонстрирует резкий рост: по информации Zillow, число домов стоимостью свыше 10 миллионов долларов в США увеличилось с менее чем 14 тысяч до более чем 61 тысячи всего за десять лет. Параллельно с этим сервис JetSpy фиксирует расширение парка частной авиации: количество самолетов, зарегистрированных в Соединенных Штатах, выросло на 22% за последние четыре года, а число ежегодных рейсов увеличилось на 8%, достигнув отметки в 2,8 миллиона.
Структура национального богатства США демонстрирует критический уровень неравенства, сопоставимый с периодом Второй мировой войны. На долю 1% наиболее состоятельных граждан приходится почти 32% всех активов страны. При этом наиболее значительное приращение капитала зафиксировано у примерно 136 тысяч семей, входящих в число 0,1% богатейших жителей, чье среднее состояние, по данным ФРС, составляет 184 миллиона долларов.
Экономисты Оуэн Зидар и Эрик Цвик опровергают стереотип о том, что богатство сосредоточено лишь в технологических хабах или финансовых центрах. По их мнению, «скрытые миллионеры», чья численность сопоставима с населением Кливленда или Орландо, не ограничиваются побережьями и не зависят исключительно от успехов Уолл-стрит или Кремниевой долины. Напротив, наиболее распространенный путь к высокому статусу лежит через владение традиционным частным бизнесом: от медицинских и стоматологических клиник до строительных компаний, юридических бюро, автосалонов и ресторанного дела. Средний возраст представителя этого класса — 62 года, а половина всех средств, накопленных в частном секторе, сосредоточена в руках поколения бэби-бумеров.
Исследователи подчеркивают, что политическое влияние этой группы способствовало формированию двухуровневой налоговой системы. Законодательные механизмы создали условия, при которых владельцы предприятий получают налоговые преференции на всех этапах — от подоходного налога и взносов в фонды оплаты труда до налогообложения наследства, что ставит их в более выгодное положение по сравнению с наемными сотрудниками.
Несмотря на эти структурные перекосы, авторы не отрицают жизнеспособность «американской мечты», утверждая, что упорный труд все еще позволяет преодолеть путь от нищеты к процветанию. Тем не менее, Зидар и Цвик призывают к балансу, отмечая, что, признавая успех предпринимателей, общество может и должно требовать от них большей отдачи стране, обеспечившей их рост. В условиях десятилетий инфляции и трансформации пенсионных систем статус миллионера стал восприниматься как необходимый минимум для обеспечения достойной старости.
