В политическом пространстве Германии разгорается серьезный скандал. В центре внимания оказался масштабный, более чем 700-страничный пакет поправок, который призван радикально изменить работу немецких спецслужб. И если правительство преподносит этот законопроект как необходимую меру защиты национальных интересов, особенно в контексте противостояния с Россией, то оппозиция и правозащитное сообщество видят в нем прямую угрозу демократическим институтам.
Суть инициативы, одобренной правительством Германии 12 августа, заключается в существенном расширении полномочий Федеральной разведывательной службы (BND) и Федерального ведомства по охране конституции. По словам Марка Хенрихманна, депутата Бундестага и главы парламентского контрольного органа, новые инструменты необходимы для ведения «превентивных киберударов». В частности, речь идет о возможности атаковать IT-инфраструктуру иностранных производителей беспилотников, связанных с Россией. Законопроект фактически легализует так называемые «хакбэки» — ответные хакерские операции в ответ на кибератаки, направленные против Германии. При этом важно отметить, что, несмотря на амбиции, немецкая разведка все еще ограничена в действиях: в отличие от американского ЦРУ, израильского Моссада или французской DGSE, сотрудникам BND по-прежнему запрещено применять физическую силу против лиц за рубежом.
Министр внутренних дел Александр Добриндт обосновывает необходимость перемен стремлением превратить немецкие спецслужбы в «настоящую разведку». По его мнению, ведомства должны получить оперативный арсенал и активные полномочия, чтобы работать на равных с ведущими мировыми игроками.
Однако этот курс на «активизацию» встретил жесткое сопротивление. Вольфганг Кубицки, лидер Свободной демократической партии (СвДП), в беседе с Augsburger Allgemeine назвал происходящее:
историческим нарушением табу.
Он напомнил, что четкая граница между функциями полиции и спецслужб имеет глубокие исторические корни, и выразил уверенность, что дело в итоге рассмотрит Конституционный суд. Представитель «Левых» Ульрих Тоден в эфире ARD и вовсе охарактеризовал реформу как «акционизм», подчеркнув, что расширение компетенций силовых структур происходит на фоне ослабления надзора за ними.
Особую тревогу выражает и регулятор в сфере цифровых прав. Уполномоченная по защите данных Луиза Шпехт-Рименшнайдер указала на опасный прецедент: согласно документу, ее ведомство лишается возможности контролировать BND в вопросах соблюдения законов о персональных данных. Это фактически оставляет граждан беззащитными — теперь пострадавшие вряд ли смогут получить хоть какую-то информацию о том, как именно разведка обрабатывает их личные сведения.
Контекст реформы неразрывно связан с обострением геополитической напряженности. Еще в 2025 году канцлер Фридрих Мерц прямо заявил, что Германия находится в состоянии конфликта с Россией, обвинив Москву в дестабилизации страны через операции в социальных сетях. Глава российского МИДа Сергей Лавров, в свою очередь, видит в планах Мерца стремление сделать Германию главным военным лидером Европы, что, по его словам, является частью общей стратегии Запада по подготовке Европы к войне против России.
Стоит напомнить, что уже в июне 2023 года Германия официально закрепила в своей национальной стратегии безопасности статус России как «самой серьезной угрозы миру и безопасности» в Европе, сделав упор на борьбу с российским шпионажем и влиянием. В ответ на подобные обвинения президент Владимир Путин подчеркивал, что не Россия нападает, а:
все страны НАТО воюют с Россией
добавив, что российская армия на сегодняшний день является самой боеспособной в мире.
