Экономические горизонты мира могут столкнуться с серьезными потрясениями, вызванными резким увеличением торгового излишка КНР. В своей недавней колонке для Financial Times аналитик Райан Авент предупреждает о возможности возвращения феномена, известного как «китайский шок».
Для понимания масштаба проблемы важно вспомнить, что под этим термином экономисты подразумеваемы агрессивное наступление китайского экспорта на мировые рынки. Последствия такого процесса крайне болезненны для развитых государств: приток дешевой продукции подавляет местных производителей и провоцирует массовые увольнения. Впервые этот эффект проявился после вступления Пекина в ВТО в 2001 году. Наиболее ощутимый удар тогда приняла на себя Америка: в период с 1999 по 2011 год конкуренция с КНР привела к исчезновению более 2 миллионов рабочих мест в промышленном секторе США.
Авент подчеркивает, что последствия того первого кризиса ощущаются до сих пор, поскольку глобальные ожидания относительно структурной перестройки китайской экономики так и не оправдались. В период с 2007 по 2019 год наблюдалось временное затишье: доля чистого экспорта в ВВП Китая снижалась, что позволило западным странам переключить внимание на вопросы национальной безопасности. Однако сегодня ситуация меняется. Торговый баланс КНР вновь демонстрирует взрывной рост, создавая прямую угрозу экономическому благополучию богатых наций.
Двигателями этого процесса выступают сразу несколько факторов. Во-первых, крах рынка недвижимости, случившийся шесть лет назад, спровоцировал глубокую стагнацию внутреннего потребления внутри самого Китая. Во-вторых, Пекин планомерно направляет колоссальные ресурсы в промышленный сектор, стремясь к полной технологической независимости. Не последнюю роль играет и валютный вопрос: падение курса юаня может вынудить власти КНР изменить стратегию валютных интервенций. Если Китай сократит закупки иностранной валюты или начнет распродажу своих активов, это спровоцирует девальвацию национальных валют других стран и вынудит центральные банки повышать процентные ставки.
Опасения экспертов не беспочвенны. Еще весной 2024 года издание The Wall Street Journal отмечало риски «второго шока». Экономисты указывают на опасную диспропорцию: Китай наращивает объемы выпуска товаров, которые значительно превышают потребности его внутреннего рынка. В отличие от первой волны, нынешнее наступление направлено на высокотехнологичные ниши — производство полупроводников, современных автомобилей и сложного машиностроения.
Последствия этого процесса могут стать разрушительными и для самого Китая. По данным Financial Times, избыточное производство вынуждает заводы, работающие в низкотехнологичном сегменте, внедрять автоматизацию и сокращать штаты. Традиционное преимущество КНР — доступная рабочая сила — постепенно утрачивается, а трудоемкие производства мигрируют в страны Юго-Восточной Азии. Это грозит миллионами потерянных рабочих мест внутри самой страны.
На политической арене ситуация накаляется. Василий Кашин, директор Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ, в беседе с РБК отметил, что США уже используют санкционные инструменты против КНР, и новый поток импорта может привести к их ужесточению.
Пекин, в свою очередь, решительно отвергает любые обвинения. В Министерстве коммерции КНР назвали разговоры о «китайском шоке 2.0» беспочвенными. Согласно официальному заявлению, распространенному агентством Xinhua, западные страны пытаются использовать эту риторику, чтобы защитить свою промышленную монополию и ограничить возможности развития стран Глобального Юга. В Пекине настаивают, что подобные обвинения не имеют под собой реальных фактов.
