В Вашингтоне набирает обороты новая волна торговой напряженности, и на этот раз мишенью стали не только Пекин, но и десятки союзников США. Поводом для серьезного беспокойства послужил доклад Белого дома под резонансным названием «Великая афера с перевалкой грузов». Авторы документа, работавшие под руководством Питера Наварро, главы управления торговой и производной политики, фактически обвинили более 40 государств — включая таких ключевых партнеров, как Канада, Мексика и Япония — в пособничестве Китаю.
Суть претензий администрации Трампа предельно ясна: Пекин якобы выстроил изощренную схему по обходу американских торговых барьеров. Согласно выводам Белого дома, китайские производители используют третьи страны как «промежуточные пункты». Товар проходит через эти юрисдикции, где подвергается лишь минимальной переработке, переупаковке или простой смене этикетки. В итоге, при сохранении китайского происхождения, груз получает новый статус, позволяющий миновать высокие пошлины.
Вашингтон утверждает, что Китай целенаправленно использует регионы с дешевой рабочей силой, слабым таможенным контролем или особыми экономическими зонами, чтобы создать видимость легального импорта. По подсчетам американской администрации, из-за подобных манипуляций экономика Соединенных Штатов ежегодно теряет колоссальные суммы — от 19 до 26 миллиардов долларов.
Однако экспертное сообщество смотрит на ситуацию иначе. Еще в 2018 году, когда Трамп инициировал первую волну тарифов, сторонники свободного рынка предупреждали: огромный разрыв в пошлинных ставках между Китаем и остальным миром станет мощнейшим стимулором для поиска путей уклонения от платежей. И прогнозы сбылись. Разница в средних ставках, которая в начале 2018 года составляла всего 0,9 процентного пункта, к прошлому году раздулась до внушительных 29 пунктов. Результат налицо: доля китайского импорта в США рухнула с 21% до 9%, в то время как потоки из других стран резко пошли вверх. В таких странах, как Вьетнам, Малайзия и Мексика, наблюдается синхронный рост: импорт из Китая растет вместе с экспортом в США.
Здесь и кроется главный концептуальный спор. Питер Наварро называет перенаправление товаров через третьи страны «финансовым двигателем великой аферы». Но издание The Economist справедливо замечает: реорганизация цепочек поставок ради оптимизации налогов — это стандартная бизнес-практика, а не мошенничество. Мошенничеством можно назвать лишь сокрытие истинного происхождения товара путем подмены документов.
Проблема определения «национальности» товара — одна из самых сложных в мировой торговле. Дебора Элмс из сингапурского центра Hinreach Foundation напоминает, что на согласование правил определения страны происхождения в рамках масштабного Транстихоокеанского партнерства ушло почти десять лет. При этом масштаб «перевалочных» потоков, о которых говорит Наварро, поражает воображение: речь идет о 303 миллиардах долларов в год, что составляет 56% от всего китайского импорта в США за 2018 год. Данные Goldman Sachs за 2023 год подтверждают наличие так называемого «поверхностного реэкспорта» на сумму 40 миллиардов долларов, хотя эксперты не спешат называть эти процессы незаконными.
Критика Наварро бьет по товарам, которые формально не заявлены как китайские, но содержат китайские компоненты или связаны с китайскими логистическими маршрутами. Но если признать соучастием в «антиамериканской афере» любую близость к китайским деталям, то США фактически объявляют войну самой сути международной торговли. Элмс характеризует происходящее как опасное «переосмысление торговли», где всё сводится к подозрениям в перевалке грузов.
Наварро фактически рисует картину глобальной «теневой сети», охватывающей 43 страны и контролирующей более 70% всего американского импорта (за вычетом товаров напрямую из КНР). Эта сеть — от цехов Юго-Восточной Азии до складов в ОАЭ и Канаде — включает в себя порты, сухопутные коридоры и системы документооборота. По сути, речь идет о попытке атаковать всю инфраструктуру мировой торговли. Чтобы полностью контролировать такие процессы, потребовался бы тотальный «паноптикум». Единственный радикальный выход — установить жесткий порог содержания китайских компонентов и облагать пошлинами всё, что его превышает. Но такая мера — это прямой путь к росту цен для рядовых американцев.
История торговых войн последних лет — это качели между жестким давлением и попытками договориться. На пике конфликта весной прошлого года пошлины на китайские товары в США достигали 145%, а ответные меры Пекина на американские товары — 125%. Позже стороны смогли снизить ставки до 30% для Китая и 10% для США, однако осенью Трамп вновь пригрозил введением стопроцентных пошлин. В Минторге КНР уже выступили с резким предостережением: любые односторонние тарифы нарушают международное право и не приносят пользы никому, напоминая, что экономическое сотрудничество выгоднее конфронтации.
